Московский григориевский храм в дербицах

Возвращение в лоно Церкви

Обновленный вид Красная церковь получила благодаря стараниям Патриарха Алексия II. Была проведена масштабная реконструкция, выделен церковный декор, позолочены кресты и воссозданы уникальные колокола. По сохранившимся фрагментам восстановили и древние росписи на стенах. Даже нынешний иконостас был «скопирован» с оригинала, которым некогда славился храм (на Полянке) Григория Неокесарийского. Расписание богослужений, которые и сегодня ежедневно совершаются в церкви, впервые можно было увидеть уже через четыре года после начала реставрационных работ. Тридцатого ноября 1996 года в стенах обновленного храма было проведено освящение главного престола.

Как добраться

Посмотреть варианты проезда для адреса

Проложить маршрут

ОТСЮДА
СЮДА

Полянка — 120 метров

Третьяковская — 460 метров

Октябрьская — 820 метров

Остановки наземного транспорта

Метро Полянка — 190 метров

3-й Голутвинский переулок — 270 метров

Большая Якиманка — 290 метров

Иверской Иконы Божией Матери Храм на Вспольеул. Большая Ордынка, 39370 метров

Храм Иверской Иконы Божией Матери на Вспольеул. Большая Ордынка, 39370 метров

Храм-музей святителя Николая в ТолмачахМалый Толмачевский переулок, 9370 метров

Храм-музей святителя Николая в ТолмачахЛаврушинский переулок, 10 стр.1470 метров

Храм Святителя Николая в Голутвине1-й Голутвинский переулок, 14500 метров

Пророка Илии Храм, Что в Обыденском Переулке2-й Обыденский переулок, 6/3 стр.11 100 метров

Собор Анны Праведной Зачатия в Зачатьевском монастыре2-й Зачатьевский переулок, 2 стр.51 200 метров

Храм Священномученика Антипы Епископа на Колымажном двореКолымажный переулок, 8/4 стр.11 500 метров

Храм в честь Державной иконы Божией Материул. Шаболовка, 61 500 метров

Храм Святых Мучеников Флора и Лавра на ЗацепеДубининская ул., 9 стр.11 600 метров

Часовня Александра Невского при Музее современного искусстваГоголевский бульвар, 10 стр.11 600 метров

Покровский собор, Храм Василия БлаженногоКрасная площадь, 21 700 метров

Храм Живоначальной Троицы на Шаболовкеул. Шаболовка, 21 стр.11 700 метров

Храм Максима Блаженногоул. Варварка, 41 800 метров

Храм Георгия Победоносца на Псковской горкеул. Варварка, 121 800 метров

Храм Великомученика Никиты в Швивой горкеГончарная ул., 61 900 метров

О святом, в честь которого названа церковь

Св. Григорий родился на севере Малой Азии в городе Неокесарии примерно в третьем веке от Рождества Христова. Получив прекрасное образование в Александрии у самого Оригена, он вернулся на родину. Но вскоре, удалившись в пустыню, начал вести там свою святую жизнь в молитвах и посте, чтобы обрести от Бога дар пророчества. О подвижнике узнал епископ Амасии. Он решил поставить его в родной Неокесарии духовным руководителем. Св. Григорий согласился и стал перед хиротонией горячо молить Бога открыть ему истинное поклонение Святой Троице. И было ему чудесное видение: перед Григорием явились сама Пресвятая Богородица и апостол Иоанн Богослов. Именно от последнего святой получил знание об истинном и достойном исповедании Святой Троицы. На этом Откровении позже и было основано православное учение. Сам Григорий Неокесарийский до этого не дожил. Он скончался примерно в 266 году.

История постройки

Царь Василий Темный, правивший в 15 веке, во время пленения татарами пообещал Творцу в случае своего освобождения построить христианскую обитель на месте, с какого он первыми увидит стены Москвы по возвращению из плена. В конце осени в 1445 году, по возвращении царя, велось богослужение в память святого Григория Чудотворца, это стало основанием для постройки церкви святого Чудотворца Неокесарийского.

Московский храм Григория Неокесарийского на Большой Полянке

Пожар 17 столетия полностью уничтожил деревянную святыню, на ее месте возвели временную церковь при Полянке или в Дербицах, местными жителями называлось это место Кадашево. Вокруг церковных построек на Якиманке жили рабочие ткацких мастерских и стрельцы царя, неподалеку стояли хоромы князей Трубецких.

В 1660 году по благословению Патриарха Никона Андрей Саввинов, настоятель временной церкви, начал строительство каменной святыни. Дружба царя с Саввиновым продолжалась многие годы, в 1665 году отец Андрей стал царским душепопечителем, Алексей Михайлович не жалел денег и материалов для возведения церкви.

Когда при правлении Федора Алексеевича были возведены каменные храмовые постройки, деревянная церковь была разобрана. Чтобы подчеркнуть принадлежность храмовых построек к царскому покровительству, на крестах установили короны.

Луковичное пятиглавие завершало трехрядие, завершающее килевидными кокошниками уникальную архитектуру храмового строения. Удивительное по красоте здание было возведено царскими зодчими Иваном Кузнечиком и Карпом Губой.

Изразцы, сохранившие яркость краски и до сих дней, были выполнены мастером Степаном Полубесом. За уникальную красоту новый храм местными жителями был назван Красным.

Интересно! В храме венчались царские особы, крестили будущего царя Петра Первого.

В начале марта 1679 года Григорьевский храм на Полянке был освящен Патриархом Иоакимом, на празднике освящения присутствовала вся царская семья во главе с Федором Алексеевичем.

В 1767 году по благословению и материальной поддержки прихожанина Г. Лихонина появился придел в память Григория Богослова.

Уникальность храма покорила в 1812 году французского императора Наполеона, он бросил все силы для спасения необычной красоты церкви от огня.

Внутреннее убранство храма Григория Чудотворца

В 1830 году в церкви Григория собирались москвичи на молебны о спасении от холеры.

1834 год ознаменовался освящением еще одного придела святого образа Богородицы «Боголюбская», в основу архитектуры которого легла ампирная псевдоготика.

До 1859 года, когда было решено храм реставрировать, он оставался придворной церковью, перед иконами которой часто молилась Елизавета Федоровна.

Каменный храм

Свою близость с царём священник сохранил вплоть до смерти государя. Именно он в году венчал Алексея Михайловича с Натальей Кирилловной Нарышкиной, матерью Петра I. И в октябре года, незадолго до кончины царя, был у него в Кремле на пиру – царь сам угощал его заморскими винами и разными яствами. Но прежде, чем уйти на столь почётную службу, священник просил царя разрешить ему перестройку своего замосквореченского храма каменным. Царь исполнил просьбу и взял строительство под свой контроль: оно началось в году. Новый храм стали возводить чуть севернее его деревянного предшественника, и Алексей Михайлович дважды ездил к обедне в строящуюся церковь.

Интересно, что камень для красавца-храма привозили из знаменитого подмосковного села Мячкова: из той же каменоломни брали камень для строительства белокаменных (и первых каменных) стен московского Кремля при князе Дмитрии Донском, а в XIX столетии – для строительства первого храма Христа Спасителя по проекту Витберга на Воробьевых горах. В то время это село уже было вотчинным владением отца Герцена, Ивана Яковлева.

Но незадолго до смерти царя его духовник попал в немилость самого патриарха Иоакима. Известно, что уже через несколько дней после упомянутого кремлёвского пиршества протопоп сидел в заточении на цепи по повелению патриарха, и смог из темницы написать царю прошение о помощи. Царь, находившийся в Преображенском, поехал в Москву хлопотать о его участи, и стал просить патриарха освободить своего духовника, а патриарх в ответ возводил на того «разные вины», которые, вероятно, и были поставлены протопопу в официальное обвинение после смерти царя. Видимо, эти вины были очень серьёзными, так как царь сперва не смог ничего сделать для своего любимца и лишь поставил ему в караул своих верных стрельцов. Только к Рождеству года – последнего года жизни царя Алексей Михайловича – его духовник был освобождён из темницы с прощением и разрешением священствовать. Он даже был приглашён к царю на обед за один стол с патриархом.

Примирение это длилось недолго, ибо состоялось лишь благодаря горячему участию царя в судьбе своего духовника. Первый же конфликт, считается, произошёл уже на похоронах царя. История донесла о том мало достоверных свидетельств, но известно, что священник Андрей Саввинов будто бы сам был инициатором новой ссоры, возмутившись, что патриарх лично исполняет на похоронах то, что должен делать он, царский духовник. И тогда терпение лопнуло. На созванном соборе патриарх обвинил священника во множестве тяжких преступлений, таких, как блуд, превышение полномочий, подстрекательстве царя против патриарха, и, в частности, в том, что поставил себе храм в Замоскворечье без патриаршего благословения и что без того же благословения и «ставленной грамоты» принял чин протопопа Благовещенского собора. И когда в году патриарх Иоаким освящал выстроенный храм св. Григория Неокесарийского, его бывший священник, лишённый сана, уже находился в ссылке в далёком Кожеозерском монастыре.

Во второй половине XVIII столетия у храма появился придел во имя св. Григория Богослова, устроенный тщанием прихожанина Григория Лихонина в честь его небесного покровителя. А до года при церкви было и обычное кладбище.

Трагические последствия холерной эпидемии ещё долго напоминали о себе. Кроме Боголюбского придела Григорьевской церкви, основанного в благодарность и в память об избавлении Москвы от беды, в году был учреждён Александринский сиротский приют «для призрения сирот чиновников, умерших от холеры в Москве». Первое время он располагался в Басманной слободе, в бывшей усадьбе графа Разумовского на Гороховом поле, а потом был переведён в центр Москвы, в усадьбу Апраксина на Знаменке.

История строительства

Построить каменное здание задумал настоятель деревянной Григорьевской церкви Андрей Саввинов (Постников). Бог весть, каким образом познакомился он с царём Алексеем Михайловичем, который за набожность свою прозван был Тишайшим. Жизнелюбивый и энергичный настоятель полюбился царю и вскоре стал его духовником.

Более того, Тишайший назначил его протопопом Кремлёвского Благовещенского собора и выделил из казны огромные деньги на строительство каменного храмового ансамбля. Стремительный взлёт простого священника не пришёлся по душе Патриарху Московскому Иоакиму, и пока царь с духовником увлечённо планировали и строили, он искал случая осадить «выскочку».

Строить новое здание решено было рядом с деревянной церковью, чуть севернее, чтобы не прекращать молитв. Камень для строительства взяли свой, подмосковный, из села Мячково. Из него уже возводили ранее постройки в Московском Кремле.

Тишайший приезжал на молитву в Григорьевскую церковь и интересовался строительством. Для него и членов царской семьи сооружали в новом храме особое молельное место в виде балкона, расположенное во втором этаже над трапезной.

Строительство и отделка завершились уже после смерти Алексея Михайловича. А Великое освящение 1 марта 1679 г. прошло и без настоятеля, Андрея Саввинова: без царского покровительства Патриарх Иоаким тут же лишил его сана и отправил в один из северных монастырей.

Приход и хор храма

Среди прихожан Григорьевской церкви – самые разные люди: и зрелые, состоявшиеся, и старшее поколение, и молодёжь. Многие молодые люди постигают мастерство звонарей, певчих и алтарников в кружках при храме.

Приход ведёт страничку в социальной сети ВКонтакте, на которой публикуются новости приходской жизни, информация о готовящихся паломнических поездках, предстоящих интересных лекциях и концертах.

На службах поёт мужской хор. Руководит им регент Николай Белов, прекрасно образованный музыкант, среди учеников которого – выпускники Московской консерватории и музыкальной академии им. Гнесиных.

Не пропустите самую популярную статью рубрики: Оптина пустынь монастырь — как доехать из Москвы, адрес, где находится, история и интересные факты.

Когда-то на Большой Полянке…

Начало Большой Полянки. Слева — бывший дом Прозоровского. Фотография 1908 года

Об исчезнувшем уголке старой Москвы.

В начале улицы Большой Полянки стоят многоэтажные дома, построенные в первые десятилетия советской власти. Рассказ об этой части Замоскворечья всегда сопровождается упоминанием о череде невосполнимых утрат. Для возведения огромного жилого дома (Большая Полянка, 1/3), который словно нависает над улицей, Кадашевской набережной и Малым Каменным мостом, пожертвовали двумя дореволюционными усадьбами. Речь идет не о рядовых потерях — разрушенные здания считались бы сегодня значимыми достопримечательностями и заняли бы достойное место на страницах любого путеводителя по району. * * * После переноса столицы из Москвы в Санкт-Петербург (1712–1714) в начале Большой Полянки (тогда улица называлась Космодамианской) размещались дворы военной знати. Аристократия селилась здесь в виду близости Кремля, Монетного двора и церкви Святых бессребреников Космы и Дамиана в Кадашах. Застройка усадеб имела характерную для того времени композицию: главный дом (каменные палаты) в глубине двора, по периметру владения — деревянные служебные строения. В 1730‑х годах одна из уничтоженных усадеб (сегодня она располагалась бы на углу Старомонетного переулка и Кадашевской набережной) принадлежала князю Ивану Юрьевичу Трубецкому. Его называли Меньшой, чтобы отличать от родного дяди и полного тезки — сподвижника Петра I и последнего боярина. Служил И.Ю. Трубецкой Меньшой в Ингерманландском полку, достиг звания полковника. В книге «Сказания о роде князей Трубецких» (см. список литературы в конце) об Иване Юрьевиче написано: «Он принимал участие в событиях, ознаменовавших собою вступление на престол Анны Иоанновны, причем вместе с дядей и братом был противником верховников. Анна Леопольдовна сделала его камергером, а императрица Елизавета Петровна указом от 25 декабря 1742 года произвела его в действительные камергеры и в том же году пожаловала ему орден Святой Анны (первой степени) и назначила президентом Юстиц‑коллегии. <�…> Женат князь Иван Юрьевич был на Марии Яковлевне Глебовой и оставил после себя одного сына князя Николая Ивановича, женатого на княгине Татьяне Алексеевне Козловской, и четырех дочерей: Аграфену, Варвару, Екатерину и Прасковью». По фамилии знатного домовладельца Старомонетный переулок некоторое время назывался Трубецким. После смерти Ивана Юрьевича (1744) усадьба на Большой Полянке перешла по наследству вдове княгине Марии Яковлевне Трубецкой. В 1760–1780‑х годах собственником стал их сын — Николай Иванович. С 1790‑х годов до нашествия Наполеона усадьба принадлежала сыну Н.И. Трубецкого князю Ивану Николаевичу. Он дослужился до чина надворного советника, был предводителем дворянства Дмитровского уезда, где находилось имение Трубецких Ахтырка. После пожара 1812 года, во время которого усадьба значительно пострадала, хозяева решили в нее не возвращаться, и в течение десяти лет здесь оставались лишь полтора десятка дворовых. В 1822 году владение приобрел английский механик по фамилии Мурье, занимавший барский дом некоторое время. Другая находившаяся здесь усадьба располагалась бы сейчас на углу Большой Полянки и Кадашевской набережной. В первой половине XVIII века она состояла из каменного главного дома и деревянных служебных строений. В 1738–1745 годах ею владел полковник Василий Иванович Сабуров, до переезда в Москву живший в столице, где исполнял должность прокурора Сыскного приказа, а позже — товарища санкт‑петербургского вице‑губернатора. В 1745 году В.И. Сабуров продал усадьбу полковнику Никите Саввичу Савину, у которого через десять лет ее приобрел аптекарь Казимир Болеславович Меер. Часть помещений были им приспособлены под аптеку. К 1770 году владение перешло другому аптекарю — Иоганну Матвеевичу Вольфу. Вскоре (1773) он подал в Полицмейстерскую канцелярию прошение, где уведомил о своем намерении «вместо старой вновь каменную аптеку построить в два этажа на погребах со сводами и покрыть железом», а также соорудить «каменное с улицы крыльцо для приходящих за лекарствами». Проект составил приглашенный Вольфом лучший на тот момент московский архитектор — Василий Иванович Баженов. Уточнение «на погребах со сводами» позволяет предположить, что при возведении нового здания зодчий использовал нижнюю часть прежнего дома. На первом этаже была устроена аптека с отдельным входом со стороны улицы. Из северных окон открывался вид на Кремль и Пашков дом — еще одно творение Баженова. К слову сказать, здания на Моховой и Большой Полянке имели схожее внешнее убранство…

Деревянный храм

В древней Москве праздник св. Григория Неокесарийского оказался связанным с важным для России историческим событием – в этот день, 17 ноября 1445 года возвратился в русскую столицу из жестокого татарского плена великий князь Василий II Темный, прозванный так оттого, что был ослеплен врагами. Вероятно, именно в память о его возвращении тогда же и была поставлена первая деревянная замосквореченская церковь, освящённая по этому празднику, хотя деревянный Григорьевский храм впервые упоминается в письменных исторических документах лишь в 1632 году. В старой Москве он назывался «что в Дербицах». Местность, где воздвигли этот храм, была в те времена далёкой-далёкой глушью. Когда-то там проходила древняя дорога из Новгорода в Рязань. Освоение территории старинного Заречья серьёзно началось во времена татаро-монгольского ига, поскольку через него пролегла главная дорога из Москвы в Орду. Название улицы Полянка официально появилось лишь в XVIII столетии, но в те времена, когда была основана церковь св. Григория Неокесарийского, здесь действительно начинались большие поля, которые простирались далеко за пределы средневекового города, и среди них проходила старая дорога из Кремля на Серпухов. Эти поля и дали название старинной московской улице. Сама же земля в этой низинной, часто затопляемой разливами Москвы-реки местности, была топкой, «замшелой», отчего и была прозвана Дербицами, искажённо от дебри. «Дебрью» в старину называли топкую низину.

Сначала в этой сырой, неказистой местности селились крестьяне и ремесленники, а с XVI века в Заречье находились и поселения стрельцов. Тут же расположилась дворцовая слобода царских кадашей – бондарей, делавших необходимые в старинном хозяйстве деревянные бочки и кадки (по другой версии кадашами были царские ткачи). Затем, с XVIII столетия Замоскворечье и его Полянку стали заселять московские купцы.

А церковь св. Григория Неокесарийского так и стояла деревянной до самого правления «тишайшего» царя Алексея Михайловича. После эпидемии чумы, разразившейся в Москве в середине XVII века, она окончательно запустела. В 1660 г. в ней служил обычный московский священник Андрей Саввич Постников, и рядом с церковью стоял его собственный двор. Он сумел сблизиться с набожным царём и даже стал его духовником, так, что в 1665 году царь перевёл его в кремлёвский Благовещенский собор, где была домовая царская церковь, и сделал его протопопом.