Эвенк

Численность населения и география проживания

Эвенки проживают на обширной территории от левобережья Енисея на Западе до Охотского моря на Востоке в границах Иркутской, Амурской и Сахалинской областей, республик Якутии и Бурятии, Забайкальского, Красноярского и Хабаровского краев. Южная граница расселения проходит по левобережью Амура и Ангаре. Небольшие группы эвенков проживают также в Томской и Тюменской областях.

В России наибольшие группы эвенков проживают в Эвенкийском районе Красноярского края (до 2006 года Эвенкийский автономный округ), Анабарском, Жиганском и Оленекском улусах Якутии, Баунтовском эвенкийском районе Бурятии, а также ряде сельских поселений в Иркутской области, Бурятии и Якутии.

Численность эвенков к моменту их вхождения в состав России в XVII веке была явно занижена и оценивалась приблизительно в 36 тысяч человек. Наиболее точные данные об их численности дала перепись 1897 года — 64 500, при этом родным языком считали тунгусский 34471 человек, остальные — русский (20500, 31.8%), якутский, бурятский и другие языки.

По итогам переписи 2002 года, в Российской Федерации проживали 35527 эвенков. Из них около половины (18232) жили в Якутии, в Красноярском крае (4,6 тысячи, в том числе 3,8 тысячи в Эвенкийском районе), в Бурятии (2,6 тысячи), Приамурье (1,5 тысячи), Забайкалье (1,5 тысячи), Приангарье и Предбайкалье (1,4 тысячи).

На этой гигантской территории они нигде не составляют большинства населения, живут в одних поселениях вместе с русскими, якутами и другими народами. Таким образом, при сравнительно небольшой численности и значительной территории расселения площадью около 7 млн. кв.км. эвенки являются народом с одной из самых низких плотностей населения в мире.

Живут эвенки также в Монголии и на северо-востоке Китая.

В Китае к эвенкийским административно-территориальным образованиям относятся Орочонский и Эвенкийский автономные хошуны во Внутренней Монголии и несколько национальных волостей и сомонов во Внутренней Монголии и Хэйлунцзяне.

В Китае эвенки представлены 4 этнолингвистическими группами, которые объединены в 2 официальные национальности (эвенки и орочоны), проживающих в Эвенкийском автономном хошуне автономного района Внутренняя Монголия и в соседней провинции Хэйлунцзян (уезд Нэхэ):

Численность эвенков Китая на 2000 год составила 30505 человек, из них 88,8% проживали в Хулун-Буире. Небольшая группа собственно эвенков (около 400 человек) проживает в деревне Аолугуя (уезд Гэньхэ), сами себя они называют «йэкэ», китайцы — yakute, так как они возводили себя к якутам.

Численность орочонов (буквально «оленеводы») по переписи 2000 годасоставила 8196 человек, из них 44,54% живет во Внутренней Монголии, 51,52% — в провинции Хэйлунцзян, 1,2% — в провинции Ляонин. Около половины говорят на диалекте эвенкийского языка (иногда рассматриваемом как отдельный язык), остальные только по-китайски.

Хамниганы — сильно монголизированная группа, говорит на монгольском языке (хамниганском и на хамниганском -старо-барагском) диалекте эвенкийского языка. Эти, так называемые маньчжурские хамниганы, эмигрировали из России в Китай в течение нескольких лет после революции 1917 года, около 2500 человек живет в Старобаргутском хошуне.

Солоны переселились (вместе с даурами) из бассейна реки Зея в 1656 году в бассейн реки Нуньцзян, а затем, в 1732 частью переселились дальше на запад, в бассейн реки Хайлар, где теперь образован Эвенкийский автономный хошун с 9733 эвенками (по данным в 2000 года). Говорят на солонском диалекте, иногда рассматриваемом как отдельный язык.

В Монголии эвенки представлены только хамниганами численностью до 3 тысяч человек, проживающими в Селенгинском аймаке.

Далёкие предки эвенков

Эвенки (тунгусы) принадлежат к. тунгусо-маньчжурской группе большой алтайской семьи языков. Родственными но языковой группе к эвенкам являются эвены, иегидальцы., солоны, нанайцы, ульчи, ороки, маньчжуры, удэгейцы, которые расселены в Республике Саха, Амурской области, Хабаровском крае, Магаданской области и в Китае. Схожесть языка и культуры является свидетельством того, что в глубокой древности предки народов алтайской семьи языков жили ближе друг к другу. По древнекитайским источникам в 1 тысячелетии до нашей эры на территории Приморья и Северо-Восточного Китая обитали восточные инородны под названием сушэни или илоу. Об этих племенах в древних летописях сохранилось очень мало сведений. А в начале нашей эры по Амуру, Зее и в Приморье племенными объединениями расселились большие древнетунгусские племена мохэ. Они вели торговлю с соседними государствами. Особенно активными эти связи были с Китаем.

В обмен на оружие, железо, предметы быта мохэсцы поставляли китайцам оленей, мех соболей, шкуры тигров, медведей, панты, женьшень и другие товары. Жили по берегам рек и озер и строили своеобразные полу подземные жилища. Чтобы защищаться от врагов объединялись в военные союзы. Во главе этих союзов стояли вожди. Интенсивная торговля с соседями и успешные военные походы постепенно привели к формированию государства мохэского народа под названием Бохай (698-926 гг.). Государство Бохай было первым государством на Дальнем Востоке. Бохай поддерживал дипломатические и торговые отношения с Китаем, Японией и другими странами.

После падения Бохайского государства потомки мохэ под названием чжурчжэны (X—XI в.) занимали ведущее место среди других тунгусских племен. В XII веке они в ожесточенной войне разбили племена киданей и завоевали Маньчжурию. Далее чжурчженские племена под предводительством императора Агуды овладели северными территориями Китая, захватив столицу Бянь. В начале XIII века монгольские племена Чингисхана разгромили могущественное государство чжурчженей. Мохэские и чжурчженские племена сыграли большую роль в этнической истории других народов Восточной и Северной Азии. В истории тунгуееких племен упоминаются и другие народы. Большое племя увань расселилась в горно-таежном районе Забайкалья от Баргузина и Селенги до верховьев Ангары и Олекмы.

Побережье Охотского моря было своеобразным путем, по которому совершались миграции тунгусских племен. На этом побережье тунгусы появились около 500 лет назад. Причиной их выхода на море было продвижение в сторону бассейна Средней Лены и VII—IX вв. тюркоязычных предков якутов. В ходе постепенного освоения Сибири в течение XV—XVI вв. тунгусоязычные племена достигли Охотского побережья и далее продвинулись на Чукотку и Камчатку. Соприкасаясь с культурой палеоазиатских народов коряков, юкагиров, чукчей, ительменов, тунгусоязычные народы постепенно оформились в самостоятельный этнос, отличающийся от эвенков, под названием эвены (ламуты). Эвены сохранили общетунгусекие черты в языке и культуре, научились у соседних народов запрягать в нарты собак, выделывать рыбью кожу, делать изделия из кожи тюленя.

Этнонимом тунгус называют все тунгусоязычные народы. Известный ученый-тунтусовед Г.М.Васшгевич высказала предположение, что первая часть слова «тунгус» первоначально обозначал слово «человек», «люди», а суффикс «гус» служил для образования названия народа. Этноним эвенки некоторые ученые сопоставляли с названием племени уесть. Слово орочон имеет значение «оленный». Другие народы эвенков называли по разному; тунгусы, орочон, бирары, манегры, килеиы, хамныганы. Имеются многочисленные родовые названия эвенков. Названия многих родов образовались по месту расселения рода. Широко распространены среди тунгусо-маньчжурских народов этноним эджэн, который этнографы толкуют от слова «низовекий», то есть проживающий на низовье реки, этноним долган, как житель со среднего течения реки, солон объясняется как житель верховьев реки.

А.Н.Мыреева, В.П.Марфусалова, Ж.В.Захарова

Литература

• Народы России: живописный альбом, Санкт-Петербург, типография Товарищества «Общественная Польза», 3 декабря 1877, ст. 517
• Эвенки: Сибирь. Атлас Азиатской России. — М.: Топ-книга, Феория, Дизайн. Информация. Картография, 2007. — 664 с. — ISBN 5-287-00413-3
• Эвенки: Народы России. Атлас культур и религий. — М.: Дизайн. Информация. Картография, 2010. — 320 с. — ISBN 978-5-287-00718-8
• Иванов А. В краю долгой весны/ Издание «Молодая гвардия», 1963 год
• Люй Гуандрейтянь Хайланьча — храбрый полководец эвенкийской народности периода правления Цяньлуна // Бэйфан луньцун. — Харбин, 1983. — № 5. — С. 103—107.
• Сирина А. А. Катангские эвенки в XX веке: расселение, организация среды жинедеятельности. — 2-е изд-е, испр. и доп. — Москва-Иркутск: Изд-во «Оттиск», 2002. — 286 с., ил
• Туголуков В. А. Следопыты верхом на оленях / АН СССР; Предисл. канд. геогр. наук Е. Е. Сыроечковского; Отв. ред. д-р ист. наук В. А. Александров; Худож. И. П. Борисов. — М.: Наука, 1969. — 216 с. — (Научно-популярная серия АН СССР). — 62 000 экз.
• Цинциус В. И. Эвенкийский язык // Языки мира: Тунгусо-маньчжурские языки. М., 1997.

• Bloch A.Longing for the Kollektiv: Gender, Power, and Residential Schools in Central Siberia // Cultural Anthropology, Vol. 20, No. 4 (Nov., 2005), pp. 534—569. (англ.)
• Grenoble L. A. Morphosyntactic change: the impact of russion on evenki // Studies in Slavic and General Linguistics, Vol. 28, Languages in Contact (2000), pp. 105—120. (англ.)
• Heyne F. G. The Social Significance of the Shaman among the Chinese Reindeer-Evenki // Asian Folklore Studies, Vol. 58, No. 2 (1999), pp. 377—395. (англ.)
• Janhunen, Juha (1996), , Volume 222 of Suomalais-ugrilaisen Seuran toimituksia, Suomalais-ugrilainen Seura, Finno-Ugrian Society
• Lee, Robert H. G. (1970), The Manchurian frontier in Chʼing history, Volume 43 of Harvard East Asian series, Center for East Asian Studies, Harvard University, ISBN 0-674-54775-6, SBN 674-54775-6

Следом за солнцем

Быт эвенков подчинялся условиям кочевого образа жизни. Навьюченных оленей соединяли в связки и выстраивали в караван таким образом, чтобы эвенк, обернувшись, видел всех животных в связке. Впереди стада, отдельно от всех, шёл «табуированный», обычно белый, олень. Он нёс сумки с родовыми святынями — изображениями семейных охранителей и охотничьими амулетами.

Дневной переход у эвенков называется аргиш. Завершив его вечером, нужно было готовить временную стоянку. Место выбиралось в нескольких метрах от старых «чумовищ». Три основные жерди «тургу» брали из остова чумов прошлых лет. Их устанавливали так, чтоб одна из сторон получившегося треугольника смотрела в сторону, откуда пришли на стоянку. Затем, двигаясь по солнцу, ставили остальные жерди каркаса. Покрывали чум оленьими шкурами, берестой, тканями. Отверстие вверху оставалось свободным. Низ обкладывали хвойными ветками и засыпали для тепла снегом.

Внутри чума из соснового лапника устраивали плотный настил, на который раскладывали постели. В центре — место для очага. Слева — женское место со всеми кухонными атрибутами и продуктами, по бокам — постель хозяев. Справа от двери — место для детей или ближайших родственников. За костром, напротив входа, располагалось сакральное место — для дорогих гостей, а когда их нет — для хозяина, где он занимался своими мужскими делами: работой ножом, ремонтом, заряжал патроны, чистил ружьё. Летом в чуме костёр обычно не разжигали, клали только дымокур, а еду варили на улице у большого костра.

Эвенкийский чум — это очень гостеприимный дом. Гостю отводили самое удобное место. Первая встреча сопровождалась особым рукопожатием: гость протягивал обе руки, сложенные друг на друга, ладонями вверх, а глава семьи пожимал их: сверху правой ладонью, снизу — левой. Женщины ещё и прижимались поочерёдно обеими щеками друг к другу. Старшая по возрасту приветствовала гостью нюханьем.

Снегоход, джипиэс и благоустроенный чум. Как живут оленеводы Таймыра?
Подробнее

В честь гостя забивали оленя и потчевали лучшими кусками мяса. По окончании чаепития он должен был поставить чашку вверх дном, показывая этим, что больше не будет пить. Если просто отодвинуть чашку от себя, хозяйка могла наливать чай бесконечно. Желанного гостя глава семьи провожал по-особому: отъезжал с ним на несколько километров, а перед прощанием хозяин и гость останавливались, раскуривали трубку и договаривались о следующей встрече.

Традиционная одежда выполняла первоочередную задачу — защиту от лютого холода. Шили её так, чтобы даже самый сильный ветер не смог пробраться к телу и унести драгоценное тепло. При этом эвенкийская одежда выделялась среди одеяний других народов Сибири своей красочностью и элегантностью.

Верхняя одежда, так называемые «кафтаны», были одинакового покроя у мужчин и женщин. Их делали из цельной шкуры, полы не сходились — связывались ремешками, а грудь и живот прикрывали нагрудником, защищавшим от холода. Мужской нагрудник был более узкий, чем женский, и заканчивался внизу острым мысом, а у женского, расшитого бисером, низ был прямой. Мужчины носили пояс с ножом в ножнах, женщины — с игольницей, трутницей и кисетом. Одежда украшалась полосками козьего и собачьего меха, бахромой, вышивкой конским волосом, металлическими бляшками, бисером. Эвенкийская обувь, унты, считалась очень тёплой, она пользуется популярностью и в наши дни.

Многие эвенки наносили на лицо и руки татуировки при помощи сухожильной нитки, пропитанной разведённой сажей. Русские того времени  называли их «шитолицыми».

Язык под угрозой исчезновения. Коренные народы Севера забывают родную речь
Подробнее

Библиография

• ДО Чаоке (эвенк), ВАН ЛИЖЕНЬ

  (Интернет-изданию требуется Book Reader для NLC и распаковщик ZIP)

• «Алтайский». Колумбийская электронная энциклопедия. 6-е изд. 2009. Academic Search Premier. EBSCO. Интернет. 4 ноября 2009 г.
• Андерсон, Дэвид Г. «Кризис сибирского оленеводства? Жизнь с оленями через пятнадцать лет после падения государственного социализма». Кочевые народы NS 10.2 (2006): 87-103. EBSCO. Интернет. 6 ноября 2009 г.
• Булатова, Надежда и Ленора Гренобль. Эвенки. Мюнхен: LINCOM Europa, 1999. Печать. Языки мира.
• «Эвенки». Касселла Народы, нации и культуры. Вайденфельд и Николсон, 2005. EBSCO. Интернет. 4 ноября 2009 г.
• «Эвенки». Этнолог: языки мира, шестнадцатое издание. Эд. Пол М. Льюис. SIL International, 2009. Интернет. 8 декабря 2009 г.
• Фондаль, Гейл. Завоевывает позиции? Эвенки, земля и реформы в Юго-Восточной Сибири. Бостон: Аллин и Бэкон, 1998. Печать.
• Форсайт, Джеймс. История народов Сибири: Северо-Азиатская колония России, 1581–1990. Кембридж: Кембриджский университет, 1992. Печать.
• Георг, Стефан, Питер А. Михалов, Алексис М. Рамер и Пол Дж. Сидвелл. «Рассказывать лингвистам об алтайском языке». Журнал лингвистики 35.1 (1999): 65-98. JSTOR. Интернет. 8 декабря 2009 г.
• Халлен, Синтия Л. «Краткое исследование алтайской гипотезы». Кафедра лингвистики. Университет Бригама Янга, 6 сентября 1999 г. Web. 8 декабря 2009 г.
• Джанхунен, Юха. «Эвенки». Интерактивный атлас языков мира под угрозой. Эд. Кристофер Мозли. Сектор культуры ЮНЕСКО, 31 марта 2009 г. Интернет. 8 декабря 2009 г.
• Недялков Игорь. Эвенки. Лондон: Рутледж, 1997. Печать. Описательные грамматики.
• Сирина, Анна А. «Люди, которые чувствуют землю: экологическая этика эвенков и эвенов». Пер. Джеймс Э. Уокер. Антропология и археология Евразии 3-я сер. 47. Winter 2008-9 (2009): 9-37. EBSCOHost. Интернет. 27 ноября 2009 г.
• Василевич Г. М., Смоляк А. В.. «Эвенки». Народы Сибири. Эд. Стивен Данн. Пер. Scripta Technica, Inc. Чикаго: Чикагский университет, 1964. 620-54. Распечатать.
• Витебский, Пирс. Оленьи люди: жизнь с животными и духами в Сибири. Бостон: Houghton Mifflin, 2005. Печать.
• Вуд, Алан и Р. А. Френч, ред. Развитие Сибири: люди и ресурсы. Нью-Йорк: Св. Мартина, 1989. Печать.

Эвенки в литературе

• Чи, Цзицзянь (2013). 《额尔古纳河 右岸》[ Последняя четверть луны ]. Перевод Хьюмса, Брюса . Харвилл Секер..
• The Moose of Ewenki 《鄂温克 的 驼鹿》 , книга с картинками, написанная Герелхимегом Блэккрейном (格 日 勒 其 木 格 · 黑 鹤), иллюстрированная Джиу Эр (九), переведенная Хелен Микстер. (Greystone Kids, 2019)

Традиционные занятия

Основой хозяйства эвенков было сочетание трех видов деятельности: охоты, оленеводства, рыболовства, которые тесно связаны и взаимно дополняли друг друга. Весной эвенки подходили к рекам Сибири и до осени промышляли рыболовством, осенью уходили вглубь тайги, и в течение всей зимы занимались охотничьим промыслом.

Для каларских и тунгиро-олекминских эвенков традиционными формами хозяйствования оставались охота и оленеводство. Они вели мобильный образ жизни, в летний период, откочевывая в высокие горы Сибири, в верховья рек, где были достаточные ресурсы промысловых животных и пищи для оленей, а ветер отгонял гнус. В зимний период эвенки со стадами спускались в долины рек, где было меньше снега, и располагались места зимней охоты.

Вплоть до XIX века эвенков охотились при помощи лука и стрел. В XIX веке важнейшим охотничьим оружием стало кремневое ружье. Из охотничьего инвентаря следует отметить такие предметы, как пальма — палка с широколезвенным ножом, поняга — деревянная доска на лямках для переноски тяжестей за плечами, нарта-волокуша. Охотились эвенки в специальной промысловой одежде, передвигались на лыжах, обычно без палок. Обязательно присутствовала собака.

Охота производилась преимущественно в одиночку. Группой в два-три человека охотились на крупного зверя, когда надо было гнать его на стрелка, а также на переходах через речки мелких парнокопытных, когда те переходили на новые места. На охоте тунгусы пользовались луками, рогатиной и устанавливали самострелы и петли, использовались также засады на водопойных тропах и лодки. Для выслеживания зверя охотники маскировались, накидывая на себя шкуру с головы оленя, а иногда целую. Бродячие охотники добывали рыбу с помощью лука и остроги. Зимой старики кололи рыбу через лунки, а летом рыбаки занимались лучением с лодки.

Основная охота была на мясного зверя, пушного били попутно. Охота имела двойное значение: она давала пищу, материал для одежды и жилища, кроме того, она приносила продукт, обладающий высокой стоимостью при обмене.

Оленеводство в хозяйственном комплексе эвенков играло подсобную роль. Олени, в основном, использовались как транспортное средство. На них эвенки совершали перекочевку внутри тайги Сибири к месту зимнего промысла и обратно, к месту летней стоянки. Важенок доили. Оленей очень берегли и старались не забивать на мясо.

Рыболовство было в основном летним промыслом, хотя эвенки знали также и зимний подледный лов. Ловили при помощи «морд», сетей, били острогой, сохранялся архаический способ охоты на рыбу с помощью лука и стрел. Лодки изготавливали из дерева, гребли обычно одним веслом с широкой лопастью.

Охота и рыболовство эвенков определяли рацион питания. Мясо и рыбу ели в свежем, вареном или жареном виде и заготавливали впрок — вялили, сушили, летом пили оленье молоко. От русских, эвенки научились готовить мучные изделия — лепешки, заменявшие хлеб. Все необходимое для жизни в тайге эвенки делали сами. Из оленьих шкур изготавливали тонкую замшу «ровдугу». Кузнечное дело было известно каждому эвенку, но существовали и кузнецы — профессионалы.

К мужским занятиям относились изготовление изделий из дерева, кости и металла, а также изготовление лодки-берестянки (бересту шили женщины), лодки-долбленки и нарт. Женщины выделывали шкуры, шили из них одежду, обувь, покрышки для чума, предметы домашнего обихода. Они обрабатывали бересту и шили из нее посуду, а также «тиски» — берестяные полотнища для чумов и для лодок-берестянок. Мужчины умели украшать узорами деревянные, костяные и металлические вещи, женщины — ровдугу, бересту и меха. На женщинах лежали обязанности ухода за детьми и приготовление пищи.

Сейчас традиционные виды деятельности во многом утратили свою актуальность. Сегодня приоритет отдан оленеводству и охоте.

Свадьба

На свадьбу надевали самые дорогие и яркие наряды. Олень, на котором невеста ехала в чум к жениху, наряжался специальным седлом и попоной, уздечка украшалась узорами из бисера. Девушка три раза объезжала вокруг чума, а мужчины в это время стреляли в воздух. Затем молодая заходила в жилище, и все члены семьи вместе с ней водили хоровод вокруг костра по ходу движения солнца. По очереди молодым давали своё благословение родители жениха и невесты.

На празднике должно было быть много угощений, гости пели и плясали до самого утра, рассказывали длинные истории, проводили состязания по скачкам, борьбе, стрельбе и пр.

История[править | править код]

Лесные тунгусы, 1862 год

Эвенки в 1938 году

Эвенки сложились на основе смешения аборигенов Восточной Сибири с тунгусскими племенами, пришедшими из Прибайкалья и Забайкалья. К прототунгусской общности относят глазковскую культуру. Есть основания в качестве непосредственных предков эвенков рассматривать забайкальский народ увань, который, согласно китайским хроникам (V—VII века н. э.), обитал в горной тайге к северо-востоку от Баргузина и Селенги. Увани не были аборигенами Забайкалья, а представляли собой группу кочевников-скотоводов, пришедшую сюда из более южной местности. В процессе расселения по просторам Сибири тунгусы сталкивались с местными племенами и, в конечном счёте, ассимилировали их. Особенности этнического формирования тунгусов привели к тому, что для них характерны три антропологических типа, а также три различных хозяйственно-культурных группы: оленеводы, скотоводы и рыболовы.

На рубеже I—II тысячелетий н. э. эвенки были рассечены продвижением на север якутов. Восточные эвенки образовали этнос эвенов. До прихода русских в XVII веке эвенки (тунгусы) жили по рекам Ангара, Вилюй, Витим, Енисей, Верхняя Лена, Амур (орочоны), а также на побережье Байкала. Первым из русских столкнулся с тунгусами казак Бекетов в районе Ангары. Известным тунгусским князем того времени был Гантимур. В русских документах того времени зафиксированы имена и других князцев: Бабуг, Тякш, Кагил, Топук, Болдоной и Индак. Князцы управляли родами и землицами.

В XVIII веке тунгусы Даурии испытали влияние русских миссионеров. В 1761 году в Забайкалье был сформирован пятисотенный тунгусский казачий полк во главе со старшиной.

В 1924—1925 годах на Дальнем Востоке произошло антисоветское Тунгусское восстание.

В 1990-е годы для эвенков, как для некоторых других коренных народов Сибири, были созданы специальные школы-интернаты.

Этно-культурная ситуация

Современная социальная структура и соответствующая ей культурная среда в большинстве районов проживания эвенков представляет собой многослойную пирамиду. Ее основание составляет тонкий слой постоянного сельского населения, которое, как и 100 лет назад, ведет кочевое хозяйство. Однако слой этот неуклонно сокращается, а вместе с ним сокращается и основное ядро носителей традиционной культуры.

Характерной чертой современной языковой ситуации у эвенков является массовое двуязычие. Степень владения родным языком различна в разных возрастных группах и в разных регионах. В целом же родным считают эвенкийский язык 30,5% эвенков, русский язык — 28,5%, своим языком свободно владеет более 45% эвенков. Эвенкийская письменность создана в конце 1920-х гг., с 1937 г. переведена на русский алфавит. В основу литературного эвенкийского языка был положен говор эвенков Подкаменной Тунгуски, однако литературный язык эвенков так еще и не стал наддиалектным. Преподавание языка осуществляется с 1 по 8 класс, в начальной школе как предмет, позднее как факультатив. Преподавание родного языка зависит от наличия кадров, в еще большей степени — от языковой политики местных администраций. Педагогические кадры готовятся в педучилищах Игарки и Николаевска-на-Амуре, в Бурятском, Якутском и Хабаровском университетах, в РГПУ им. Герцена в Санкт-Петербурге. На эвенкийском языке ведутся радиопередачи в Республике Саха (Якутия) и в Эвенкии. В ряде районов передачи ведет местное радиовещание. В Эвенкийском автономном округе раз в неделю выходит приложение к окружной газете. Огромную работу по возрождению родного языка ведет Пикунова З.Н., основной автор учебных пособий. В Саха-Якутии известностью пользуется специализированная эвенкийская школа в поселке Йенгри.

Общественные организации эвенков принимают меры по возрождению традиционной культуры. В Бурятии образован республиканский центр эвенкийской культуры “Арун”, в Красноярском крае — Ассоциация северных культур “Эглен”. Культурные центры действуют во многих школах в национальных поселках, где живут эвенки. Республиканское телевидение и радио Якутии и Бурятии ведут передачи, посвященные культуре эвенков. В Бурятии регулярно проводится праздник Больдер с участием эвенков из других регионов и Монголии. Активное участие в работе общественных организаций принимает национальная интеллигенция: учителя, медицинские работники, юристы, представители творческой интеллигенции. Широкой известностью в России пользуются эвенкийские литераторы Алитет Немтушкин, Николай Оегир. Главной проблемой в развитии этнокультурной жизни эвенков является их территориальная разобщенность. Ежегодные большие Сугланы, на которых для обсуждения насущных вопросов этнической жизни собирались бы представители всех территориальных групп, являются заветной мечтой всех эвенков. Экономическая ситуация в стране однако делает эту мечту пока неосуществимой.

Культ животных

Многовековая жизнь на природе делала взаимоотношения эвенков с животными особенными. Интересные традиции были связаны с общением людей и животных. Считалось, что животные прекрасно понимают человеческую речь, поэтому существовало интересное требование: при сборах на охоту об этом прямо говорить нельзя, так как любое животное, услышавшее эти разговоры, предупредит жертву. Разговоры велись иносказательно, применялись специальные обороты и слова, заменяющие понятия «охотник», «жертва», «Ружьё», «лук» и пр.

Считалось, что у каждого зверя есть дух-хозяин, которому следует молиться, чтобы вернуться из тайги живым и невредимым. Таким духам приносили жертвы, а для личной безопасности на теле носили амулеты (когти, кости, кусочки шкур и пр.), отводящие все возможные неприятности, связанные с охотничьими делами.

Особое место уделяли медведям. Интересным было то, что эвенки отождествляли себя с этим зверем, считали, что он умеет разговаривать, может принимать человеческий облик и превращаться опять в животное. Насмехаться над медведем не разрешалось, так как зверь мог жестоко отомстить.

Не позволялось убивать спящего медведя, прежде его следовало разбудить, хоть это и навлекало лишние опасности на охотников. Часто во время забоя эвенки громко говорили, что они – якуты, или каркали как ворон, чтобы отвести от себя вину за смерть зверя. После убийства следовало попросить прощения у убиенного за то, что отобрали у него жизнь.

Животворящий огонь

На протяжении длинных холодных месяцев залогом выживания было наличие огня в дю (чуме). Костёр располагался строго по центру, знаменуя собой сердце жилища и семейства. В летние месяцы вместо большого огня тут располагали дымокур, а пищу готовили на костре около чума.

Огонь считался главной семейной святыней, поэтому с ним связано много интересных традиций. В основном за поддержанием костра следили женщины, пока мужья и отцы семейств уходили в тайгу. Огонь считался живым существом с чувствительной и тонкой душой, поэтому угасание костра сравнивалось с предвестником ужасных и трагических событий. У костра был личный дух, наделяемый внешностью старика или старой женщины, которому прямо на угли клали лучшие куски мяса и капали вино.

Детям нельзя было играть с головешками, а взрослым – ссориться и сквернословить рядом с ним, так как это могло стать причиной ослабевания духа-огня, что приведёт к несчастьям и болезням всех домочадцев.